Философия свободы Н.Бердяева

Введение

Тема настоящей работы – философия свободы Николая Бердяева. Эта тема привлекала внимание многих исследователей. Уже в первой половине прошлого века к ней обращались, в частности, «соратники» Бердяева по «русскому философско-религиозному Ренессансу» - такие, как С. Л. Франк, Н.О. Лосский, В.В. Зеньковский и др. В зарубежной науке философию Бердяева принято рассматривать в общем контексте философии персонализма и экзистенциализма. В фокусе внимания отечественных исследователей Бердяев оказался уже в постперестроечные годы; при этом главный акцент делался на публикации его многочисленных работ в современной России и ознакомление российской аудитории с его философскими взглядами [См., напр.: 1; 10].
На тот момент такой «ознакомительный» и «популяризаторский» подход (проявившийся в том числе и в нашумевшем сборнике «публикациях, посвященных бердяевской философии свободы [См., напр.: 8; 10]) представлялся вполне уместным, поскольку основной задачей было заполнить «пробел» в знаниях российских читателей об одном из своих великих соотечественников.
Начиная со второй половины нулевых годов начинается следующий этап изучения философии свободы Бердяева – этап ее аналитического и критического осмысления. Можно привести в пример диссертационное исследование К.Э. Литчфилд «Свобода человека в философии Н.А. Бердяева: этические и метафизические аспекты» [13], в котором автор пытается «прояснить содержание основополагающих концептов философии свободы Бердяева, таких как дух, личность, творчество» и «проследить логику размышлений Бердяева посредством тщательного изучения его работ и влияния других философских систем и традиций на формирование его понимания свободы» [13, с. 5].
Особую актуальность исследованию философии свободы Бердяева придает тот факт, что сегодня, столетие спустя после Октябрьской революции, перед гражданами России снова очень остро встают вопросы личной свободы, по отношению к которым значительная часть общества опять фактически раскололась на два противостоящих лагеря.
Цель настоящей работы – рассмотреть проблему свободы и несвободы в понимании Н. А. Бердяева. В соответствии с поставленной целью, в работе решались следующие задачи:
охарактеризовать философское направление, к которому принадлежал Н. Бердяев (персонализм), и роль свободы как она рассматривается в данном направлении;
рассмотреть связь свободы и творчества в философии Бердяева;
рассмотреть представления Бердяева о социальной свободе и несвободе.
Объект исследования – философия Н. А. Бердяева.
Предмет исследования – свобода творчества в понимании Н. А. Бердяева.
В соответствии с поставленной целью, в работе решались следующие задачи:
Методологическая база исследования: системная методология, ориентированная на рассмотрение объекта во всей его целостности; сравнительная и сравнительно-историческая методология.
Материалом послужили философские произведения Н. А. Бердяева, а также академические публикации, посвященные его творчеству.


Персонализм Бердяева и свобода личности

Жизнь Николая Александровича Бердяева (6. 03. 1874 - 24. 03. 1948) охватывает знаменательные события первой половины ХХ века в России и Европе. Н. А. Бердяев никогда не был пресловутым философом из «башни из слоновой кости»: эти грандиозные исторические события глубоко волновали мыслителя на протяжении всей его жизни и вдохновили его на глубокие размышления о сущности и природе человеческого бытия. Высланный в 1922 году из России, основную часть своей жизни он провел в эмиграции, читая лекции в Германии и Франции.
Труды Бердяева несут на себе отпечаток той катастрофической исторической ситуации, в рамках которой ему суждено было жить.
Бердяев никогда всерьез не пытался дать полное и систематическое изложение собственных философских взглядов в письменной форме. Он принадлежал к преимущественно интуитивным мыслителям. Тем не менее, его труды – такие как «Смысл творчества» (1916), «Смысл истории» (1923), «Философия свободного духа» (1927), «Судьба человека в современном мире» (1934), «Царство духа и царство кесаря» (1949) и многие другие – предоставляют читателю достаточный материал, чтобы понять основы философской системы Бердяева.
Сам Бердяев относил свое философское учение к т.н. «персонализму» – течению, в центре которого – человеческая личность (англ. personality). При этом человек как таковой рассматривается им в качестве «точки пересечения» между двумя мирами – «микрокосмом» и «макрокосмом»: «органическим» миром обыденной повседневной реальности и божественным миром трансцендентальной «высшей» реальностью», присутствующей в каждом мгновении обыденной человеческой жизни [12, с. 78].
Главный акцент делается на развитии личности, ее воспитании и особенно самовоспитании. «Человек, которого только и знает биология и социология, - писал Н. А. Бердяев, - человек, как существо природное и социальное, есть порождение мира и происходящих в мире процессов… Человек есть личность не по природе, а по духу. По природе он лишь индивидуум» [2, с. 7]. 
Человеческая личность, согласно мнению философа, проявляет себя в трансцендентности, которая является неотъемлемой частью человеческого существа и которая характеризует весь мир человеческого опыта. Мир, в котором мы проживаем наши жизни, лишь кажется ограниченным привычными физическими рамками. На самом деле он никогда не бывает полностью «закрыт» от окружающего мира, огромного и безграничного. Именно там – в трансцендентном, а не обыденном мире, - существует истинная реальность, которая «не «объективна» и не «субъективна» - она «по ту сторону уже вторичного разделения и противопоставления субъекта и объекта…» [7, с. 63]
Границы же, определяющие «точки перехода» между обыденным и трансцендентным миром, сами по себе не бывают определенными, четко фиксированными – они, по сути, размыты и для каждого индивида могут быть различными.
По мнению Бердяева, изложенному им, в частности, в работе «О рабстве и свободе человека

. Опыт персоналистической метафизики», человеческая личность сама по себе ощущает и испытывает себя как нечто трансцендентальное, чуждое обыденному миру, и ощущает всю глубину пропасти, которая отделяет ее от «высшего» мира, «макрокосма», на принадлежность к которому личность чувствует свое право. Человек по самой своей природе испытывает ностальгию по божественному, по райской чистоте, простоте и невинности трансцендентного мира. Личность «сжимается» в своей бесконечной субъективности между субъективным и трансцендентным миром. Она не может примириться с обыденностью объективного мира, в который она оказалась заброшена против собственной воли, и мечется в пропасти между субъективностью и объективностью.
Эта глубинная тоска, ностальгия по высшему миру и собственному высшему предназначению внутренне присущи любой личности и могут настигать человека даже в самые яркие и радостные моменты его жизни.
«Личность» понимается Бердяевым не только как некий «общий знаменатель», обозначающий человеческие существа, но в первую очередь как проявление индивидуальности и уникальности отдельного человека. Бердяев не ставит под сомнение метафизическую концепцию сущностного единства всех людей на Земле, но он скорее указывает на возможную ограниченность подобного подхода, не способного к реальному рассмотрению и пониманию человеческой личности, существующей в конкретной жизненной ситуации - в экзистенциальной ситуативности и субъективности человеческого бытия. Именно поэтому он считает более адекватным подходом для философа рассматривать понятие не столько «человека вообще», сколько «личности». Такой подход подразумевает также свободу и индивидуальность проявления человека в собственной деятельности и является необходимым условием для достижения цели, которую человек ставит перед собой.
Конечно, личность может иметь – и имеет – некоторые общие одинаковые характеристики с другими людьми, на основе которых возможно проводить сравнение между ними. Но эти общие характеристики не затрагивают самую сущность человеческой личности – то, что в конечном счете как раз и делает человека-индивида личностью в том смысле, который понимает под этим словом персоналистская философия Бердяева. В каждой отдельной личности есть нечто общее с другими людьми, общечеловеческое, универсальное. У каждого человека есть характеристики, позволяющие отнести его к человеческому роду, к той или иной исторической традиции, к тому или иному социальному классу и т.д. Однако совершенно определенно все эти и подобные им характеристики вообще не относятся к понятию «личность». Личность начинается там, где человек осознает собственную неповторимость и уникальность, неповторимость и уникальность собственных творческих актов, и только то, что мы называем личностью, создает свою собственную уникальную ценность.
Особенно важной целью развития личности, по мнению Бердяева, выступает цель воспитания в человеке чувства гармонии. Человек должен научиться стремиться к достижению гармонии во всей своей деятельности – как индивидуально-частной, так и в общечеловеческих масштабах. Этим чувством определяется масштаб всей системы человеческих ценностей; оно же лежит в основе всего нравственного развития индивида.
Бердяевская философия в целом имеет заметный религиозный аспект, который определяется главной миссией человека - стать подлинной личностью. Строго говоря, это философия свободы, что в первую очередь следует как раз из представления о человеке как о личности. Путь к достижению этой цели проходит в том числе и через освобождение от различных определений человеческой сущности, посредством которых сохраняется пребывание всех людей в своего рода рабстве.


Свобода и творчество как основные категории философии Бердяева

Основной вопрос, который выделяет Бердяев в проблеме развития личности, - это вопрос о соотношении свободы и несвободы. Исторические и экзистенциальные условия нашего существования таковы, что, независимо от своего происхождения, социального положения и т.п. человек всегда испытывает определенную долю несвободы и зависимости, начиная от своего первого младенческого крика и кончая смертным часом. Эта несвобода проявляется в человеческой жизни через страдания: именно через страдания человек осознает, что он несвободен. В то же время именно страдание демонстрирует, что человек, несмотря ни на что, остается живым, чувствующим и осознающим существом: они показывают, что хотя духовная, трансцендентальная, «божественная» сущность человека, обычно надежно укрытая под хламом внешних впечатлений, чувствует страдание – она все же не уничтожена обыденным миром.
В отношении философии Бердяева известное изречение Декарта «Мыслю – следовательно существую» можно перефразировать так: «Человек страдает – следовательно, он существует». Духовная сущность человека проявляет себя в том, что человек ощущает собственную чуждость этому «объективному» физическому миру, свою иноприродность ему. Бердяев выстраивает следующую цепочку: страдание рождает страх перед миром, приносящим страдания, а также тоску и скуку, но на их основе зарождается также и надежда. Если страх, тоска и скука принадлежат «земному» миру, то надежда обращена к миру горнему, трансцендентальному.
Личность представляет и проявляется себя главным образом в категориях свободы и творчества, а свобода и творчество развиваются как результат человеческого духа. Именно поэтому личность просто не способна присоединиться к «стаду», к общей массе – однако в то же время она не может и оставаться полностью изолированной от окружающих – как от других отдельных людей, так и от социума в целом, каким бы уровнем ни были представлены эти, социальные по своей сути, отношения.
Свободный человек действительно свободен, когда он чувствует и испытывает экзистенциально, что он больше не находится на периферии привычного физического мира - но оказывается наконец в самом центре мира духовного