Противоречивые аспекты закона «О национальной безопасности» Гонконга

С 1997 года Гонконг был передан под контроль Китайской Народной республики (КНР) в рамках политики «Одна страна – две системы». Хотя с самого начала власти КНР настаивали на полной интеграции Гонконга в состав материкового Китая, однако с приходом Дэн Сяопина, правительством Китая было разработано соответствующее компромиссное решение. Это решение было закреплено в «Объединенной китайско британской декларации по вопросу передачи Гонконга» 1984 года. Согласно этой декларацией, демократические процессы и стиль жизни в Гонконге должны оставаться неизменными до 2047 года.
Как отмечал председатель и основатель партии «Объединенных демократов
Гонконга» Мартин Ли, Дэн Сяопин понимал концепцию «Одна страна – две системы» как таковую, в рамках которой Гонконг смог бы показать путь развития
Китая, для того, чтобы КНР усовершенствовалась и «догнала Гонконг». Тем не менее, такое видение отношений при преемнике Дэн Сяопина Цзян Джемина было изменено на первоначальное. Таким образом, усилились попытки введение в действие разного рода законодательных актов для воплощения в жизнь предыдущих идей.
В 2017 году Си Цзиньпинем была провозглашена «Китайская мечта», главная идея которой - построение к 2049 году крепкой страны - лидера в сфере с сильными армией и международным влиянием. Как отмечает профессор Э. С. Эриксон, «Китайская мечта» также требует прямого контроля над Гонконгом, инкорпорации Тайваня и решения территориальных конфликтов с соседями.
Вопрос инкорпорации Гонконга, в свою очередь, начал отыгрывать все большую роль, особенно после избрания главой администрации Гонконга Кэрри Лам в 2017 году

. Тогда среди общества региона начала расти озабоченность по поводу роста влияния КНР на внутреннюю политику автономии. Подписание в марте 2019 года «Билля об экстрадиции» начало новый политический кризис в особом административном районе, который сказался рекордным падением доверия к власти Керри Лам.
Дальнейшие сдвиги в политическом кризисе начались после принятия Постоянным Комитетом Всекитайского собрания народных представителей 30 июня 2020 года «Закона Китайской Народной Республики об обеспечении национальной безопасности в особом административном районе Гонконг» (далее – Закон «О национальной безопасности»). Уже за первые дни после его обнародования он вызвал ряд противоречий, которые изменили позиции западных государств относительно протестных событий в Гонконге, что начались в 2019 году.
Хотя и попытка имплементации похожего нормативного акта была сделана еще в 2003 году материковым Китаем через «Билль о национальной безопасности 2003 года», однако он был почти сразу отозван в связи с массовыми протестами. Как известно, массовые протесты, начавшиеся в 2019 году, не прекращались с тех пор, а следовательно, этот фактор стал инструментом легитимизации принятия этого Закона. Таким образом, в 2020 году, согласно Закону «О национальной безопасности», одной из причин его имплементации является «обеспечение безопасности и стабильности в Регионе».
Возмущение у продемократического общества Гонконга и политических элит вызвали именно статьи, касающиеся понятий «сецессия», «саботаж», «терроризм», «сговор с иностранным государством или с внешними элементами с угрозой национальной безопасности» и определяют меру наказания (статьи 20-30), а также статьи 38-39 и 55