Особенности структуры бисубстантивных предложений

Структура бисубстантивных предложений отражается в их наименовании: предикативная зона организуется двумя именами существительными (или их эквивалентами), представленными в подлежащем и именном сказуемом. Например, предложение отец его был ни много ни мало полковником царской армии (Казус Кукоцкого) является бисубстантивным, так как его структурная схема N1 + N5.
Круг имен существительных в научной литературе не вполне определен. Так, в «Русской грамматике» (1980) к классу существительных подключаются местоимения-существительные [42]. Следует признать, что для теории бисубстантивных предложений этот вопрос несуществен, потому что местоимения, употребленные в роли существительных (в том числе и субстантиваты), могут организовать предикативное ядро таких единиц, потому что грамматически замещают существительное, а семантически указывают на предметность.
Рассмотрим подробнее каждый из элементов структуры бисубстантивного предложения.
Подлежащее
Подлежащее в переводе с латинского обозначает ‘субъект’, поэтому в работах ученых встречается отождествление подлежащего с субъектом предложения. Но это не всегда так. Например, под видом субъекта может выступать объект. Такое часто наблюдается в пассивной конструкции, страдательном обороте. Если рассматривать семантику термина подлежащее, то можно обнаружить связь со словом подлежать. И действительно, это то, что подлежит развертыванию, определению; это исходный пункт предложения. В актуальном синтаксисе группа подлежащего нередко совпадает с темой высказывания.
В данной работе подлежащее понимается как единица традиционного, грамматического (формального) синтаксиса. Подлежащее – главный, независимый член предложения, который представлен существительным в именительном падеже или его эквивалентами [64, с. 379].
Основные свойства подлежащего: независимость (абсолютивность); универсальность; предметно-личный характер; способность вызывать согласование сказуемого.
40405051841500042672018415000221170518478500332359018415000Основные свойства подлежащего
независимость универсальность предметно-личный способность вызывать
характер согласование сказуемого
Подлежащее возглавляет синтаксическую цепочку предложения и не зависит ни от какого другого члена предложения: Форма эта …казалась знаком особого отличия. (Казус Кукоцкого). Из примера видно, что второй главный член – сказуемое (казалась знаком отличия) – повторяет форму и грамматические категории подлежащего, подстраивается под него, само же подлежащее не имеет зависимых категорий. Универсальность заключается в том, что выбор подлежащего не зависит от типа сказуемого, может употребляться и при именном, и при глагольном сказуемом: Это запрещение было болезненной точкой в работе Павла Алексеевича (Казус Кукоцкого). Сравним, например, с предложениями Это запрещение не нравилось Павлу Алексеевичу и Это запрещение стало тяготить его. Из примеров видно, что одно и то же подлежащее свободно используется при разных типах сказуемого.
Предметно-личный характер подлежащего заключается в том, что подлежащее обозначает предмет или лицо, которые рассматриваются как производитель действия, носитель признака: …дверь – граница (Казус Кукоцкого). Подлежащее дверь называет предмет, являющийся носителем признака. Теперь стало ясно, что второе существо – женщина (Казус Кукоцкого).
Способность вызывать согласование сказуемого – важный признак подлежащего: Отец ребенка …с раннего возраста обещал стать музыкальным гением (Казус Кукоцкого). Здесь наблюдается согласование сказуемого с подлежащим в единственном числе, мужском роде. В следующем примере: Медея Георгиевна была лучшей медсестрой в санатории …(Казус Кукоцкого) – сказуемое употребляется в форме единственного числа женского рода, подстраиваясь под подлежащее. Таким образом, подлежащее способно вызывать согласование сказуемого.
Важно подчеркнуть, что в бисубстантивных предложениях с нулевой формой связки согласование отсутствует. Рассмотрим примеры: …даже ночной мрак этого, нашего мира – оттенок нашего земного света (Казус Кукоцкого); У вас все мировое зло — советская власть (Медея и ее дети).
Особенность этих предложений заключается в том, что подлежащее и основная часть сказуемого равны с точки зрения грамматической структуры, в них нельзя по форме определить синтаксическую функцию. Это предложения формального тождества. Во многих случаях вопрос о том, какое слово здесь является подлежащим, а какое – сказуемым, решается на основе общего значения предложения, выделения признаковой части. Сказуемое дает характеристику предмету и обозначает более широкое понятие. В первом предложении оценочным является слово оттенок, а во втором – зло, именно они и употребляются в позиции сказуемого.
Когда мы говорим о подлежащем, мы должны разграничивать три проблемы:
проблема предметности подлежащего;
проблема именительного падежа;
проблема «одно слово – несколько слов».
1 проблема. Подлежащее предметно, оно выражается существительным в именительном падеже. Эта предметность может быть разного типа:
а) первичная предметность, исконная (дом, мальчик, стул): не в столбик примеры Диванчик, на котором она сидела, был «дишес», двухместный (Искренне ваш Шурик).
б) вторичная предметность, когда как предмет представлен признак (синева, смелость, встреча, бег, приезд): Ревность была особого рода… (Искренне ваш Шурик).
в) особый случай представления предметности – субстантивация, т. е. переход в существительное других частей речи с сохранением их внешних признаков: …прошлое казалось игрой…(Медея и ее дети). Слово прошлое сохраняет форму, а также парадигму склонения прилагательного.
Субстантивация – процесс избирательный. Наиболее легко субстантивируются причастия: Вошедший был из своих. (Медея и ее дети). Часто субстантивируется и прилагательное в среднем роде: Чужое её убивало (Медея и её дети). Субстантивации подвергаются местоименные прилагательные это, то в форме среднего рода: Это был подарок племянницы Ники, одна из первых ее керамик, плод недолгого увлечения лепкой (Медея и её дети). Нередко субстантивируются местоименные прилагательные каждый, иной, любой, другой: В этот момент каждый ощущал себя богом (Казус Кукоцкого). Однако стоит признать, что вопрос о субстантивации остается довольно сложным, не до конца решенным.
Заметим, что способ представления подлежащего в бисубстантивном предложении тесно связан с выражаемым этим предложением значением.
2 проблема. Проблема падежа.
В научной литературе наблюдается смешение семантического и грамматического субъекта (носителя признака) [25]. В некоторых случаях обнаруживается, что субъект может быть выражен косвенным падежом. Например, дательным: Ему было не по душе здесь. (Искренне ваш Шурик). Так как подобные предложения можно преобразовать в личные (Он чувствовал себя здесь лишним), делается вывод о том, что нет предложений без подлежащего, а подлежащее может быть выражено не только именительным падежом, но и любым другим

. Мы не разделяем точку зрения Г.А. Золотовой и представителей её научной школы [25] и не считаем эквивалентом подлежащего существительные в родительном и дательном падеже, хотя они и способны заменяться существительным в именительном падеже. Вслед за А.М. Пешковским [37], В.В. Виноградовым [14], П.А. Лекантом [34] и другими представителями классического языкознания считаем, что подлежащее не может в русском языке выражаться формами косвенных падежей имени существительного.
3 проблема. Может ли в качестве подлежащего выступать сочетание слов?
В русском языке активно функционируют синтаксически неразложимые сочетания: количественно-именные, со значением избирательности, со значением совместности.
Количественно-именные сочетания — это сочетания типа два стола, три студента. Значение количества в таких сочетаниях может выражаться определённо (два, три, пять…) и неопределённо (много, немного, несколько). Рассмотрим, например, предложения: Два странных существа …оказались вполне приятными людьми (Казус Кукоцкого); …большинство девочек, которые к тебе плохо относятся, никогда балеринами не станут…(Искренне ваш Шурик).
В количественно-именных сочетаниях наблюдается асимметрия центров. По форме главным словом является числительное, но оно лексически неполноценно, нуждается в существительном. С точки зрения семантики главным словом является существительное, но грамматически оно зависит от числительного. При словах два, три, четыре существительное употребляется в форме Р. п. ед. ч. (причем ед. ч. здесь чисто условное, необъяснимое, закрепилось по традиции): два существа. При числительных пять и выше существительное ставится в Р. п. мн. ч. (пять существ).
В И. п. вид подчинительной связи между компонентами – управление. В косвенных падежах отношения меняются: двух существ. Главным словом и по форме, и по смыслу становится существительное, оно перестает нуждаться в числительном. Числительное согласуется с существительным: двух существ (так же, как знакомых существ). Интересно также, что в именительном падеже существительное в сочетании стоит в форме единственного числа, а в косвенных падежах – в форме множественного числа.
Такие предложения мы относим к бисубстантивным, потому что в них числительное выполняет формальную роль.
Следующий тип неразложимых словосочетаний - сочетания со значением совместности: Арик с Зирой, армянские соседи, тоже были в свежей ссоре… (Искренне ваш Шурик) Арик с Зирой – подчинительное сочетание, но есть скрытая сочинительная связь, словосочетание можно преобразовать в ряд однородных членов: Арик с Зирой = Арик и Зира. В данном типе словосочетаний также наблюдается несоответствие (асимметрия) формы и семантики: подчинительное по форме, оно является сочинительным в семантическом отношении.
Неразложимые сочетания со значением выделения: Одна из этих подруг – будущая жертва Светланы. (Искренне ваш Шурик). В сочетании наблюдается асимметрия центров: лексически неполноценное слово (одна) является главным по форме, а грамматически неполноценное (из подруг) является главным по смыслу. Слово одна зависит по роду от существительного (одна из подруг).
Следует признать, что примеров с неразложимыми словосочетаниями в бисубстантивных предложениях нами было отмечено у Л. Улицкой незначительное количество, что позволяет сделать вывод о том, что такой способ выражения нехарактерен для писательницы.
Таким образом, подлежащее в бисубстантивном предложении может выражаться не только одним словом, но и сочетанием слов.
Таким образом, подлежащее мы понимаем традиционно, как единицу грамматического (формального) синтаксиса. Подлежащее – главный член предложения, который обладает независимостью, универсальностью, предметно-личным характером, способностью вызывать согласование сказуемого и который представлен существительным в именительном падеже или его эквивалентами.
1.1.2. Сказуемое
Вторым компонентом бисубстантивных предложений является связочно-субстантивное сказуемое – это «особый вид аналитического (составного) неглагольного сказуемого, основная часть которого выражена именем существительным в разных падежных и предложно-падежных формах, а вспомогательная часть – связкой, включая нулевую форму связки быть» [19].
Части связочно-субстантивного сказуемого имеют установившиеся названия: основная часть - именная, грамматическая часть - связка.
Связочно-субстантивное = основная часть + связка
сказуемое
В связочно-субстантивном сказуемом наблюдается асимметрия центров. С точки зрения семантики главная часть – основная, субстантивная, с точки зрения грамматики - связка.
Рассмотрим каждый из компонентов связочно-субстантивного сказуемого.
Связка в связочно-субстантивном сказуемом
Попробуем разобраться в том, что такое связка. При изучении научной литературы мы столкнулись с целым рядом проблем:
1. Связка - это глагол или отдельная часть речи? Некоторые ученые выделяют связку в отдельную часть речи и отрывают от глагола. Например, такое мнение мы находим у В. В. Виноградова [14, с. 675].
2. Можно ли отнести к связкам неглагольные слова? Некоторые ученые [14; 21] к связкам относят неглагольные слова это, вот, как, не что иное как. Действительно, наряду с актуализацией, они могут выражать грамматические значения.
Получается, что связка - это часть связочно-субстантивного сказуемого, выполняющая грамматические функции. Как отмечает Н. А Герасименко, «для бисубстантивных предложений чрезвычайно важными являются семантико-грамматические функции связки – посредническая и квалифицирующая. Проявление этих функций связано со спецификой БП как синтаксический конструкции, являющейся языковым отражением ментальной деятельности человека» [18, с. 55].
3. Как классифицировать связки? Вопрос о классификации связок разрабатывали многие ученые: А. Х. Востоков, А. А. Потебня [39], А. М. Пешковский [37].
А. М. Пешковский [37] предложил классификацию связок по степени отвлеченности: а) отвлеченная (быть); б) полувещественная (стать, казаться, считаться, называться и др.); в) вещественная (идти, бежать, стоять, лежать, спать и др.). Заслуга А. М. Пешковского заключается также в том, что он впервые в мировой лингвистической науке разработал учение о нулевой форме связки, которое выросло из сопоставления нулевого и материально выраженного окончания.
Отвлеченный глагол быть занимает центральное место в системе связочных глаголов русского языка. В синтаксической литературе широкое распространение получила точка зрения, согласно которой глагол быть утрачивает «все свое вещественное значение». На это указывал А. М. Пешковский: « быть обозначает само это бытие, и только его. Это самый отвлеченный глагол и самое отвлеченное полное слово в языке вообще» [34]. В. А. Белошапкова, рассматривая составное именное сказуемое, считает, что «связкой можно назвать только лишь слово быть, все значение которого исчерпывается указанием на модальность и время» [8, с