До пострига

Житие преподобного Сергия сохранило для нашей пользы его чистое тихое и богоугодное житие. Оно подлинно назидательно для ищущих спасительного пути. Но особенное значение по словам Епифания имеет для монашествующих: "всё сие, начинаем писать, чтобы и другие монахи, которые не видели старца, прочитали начали ревностно подражать добродетели".
Преподобный Сергий был добрым плодом, произошедшим от благочестивых родителей.
Его духовно-религиозный опыт ведёт исток от младенческих пелен. Характеризуется силой и прямотой движения к Богу.
Первой добродетелью его стала ревность о Богоугождении, чтобы хранить себя неосквернённым. Он, не вкушал материнского молока, если та ела мясо, и он отказался от наёмной кормилицы. Эта младенческая добродетель была конечно не осознанной, но она проявилась в нём по действию Божию в бессознательном возрасте чтобы возрасти через целую жизнь и осознанный труд.
Одновременно, по мнению Епифания, это было предзнаменованием: "ибо на нём была благодать Божия, предуказывающая образ будущего воздержания и то, что некогда, в грядущие времена и годы, он просияет в постническом житии, что и случилось".
Сотереологическая значимость духовного пути Преподобного заключается именно в том, чтобы служить образцом добродетели для ищущих спасительного пути. А слово добродетель происходит от слов делать добро. То в первую очередь сосредоточим внимание на добродетелях Преподобного, чтобы как пишет Епифаний: "начали ревностно подражать добродетели".
Первой, по видимому сознательной добродетелью преподобного была любовь к Богу и ревность к Богоугождению

. Будущий преподобный никогда не ленился.
Его жизнь Епифаний дважды характеризует как чистую, тихую и Богоугодную.
Второй, так же Богодарованной ему добродетелью стала его вера в Бога как личного Промыслителя. Упование на Бога. Вместе с чудесным научением грамоте, и с тем что заповедовали ему родители: "смотри, смотри чадо! Ты не наше чадо, но дар Божий" он воспринял это божественное упование, которое не посрамит (Рим. 5, 5).
С самого начала, чудо с кормлением грудью указало, пишет Епифаний Премудрый на то что ему должно просиять в постническом житии. Это постническое житие является ключом к понятию о монашеском подвиге, первый и основный монашеский обет.
Эти две вводные добродетели воспитали в Преподобном то, что он со временем оставил мир и посвятил себя всецело жизни постнической. Его духовное возрастание было заметно для окружающих с юного возраста. "К детям играющим он не ходил и с ними не играл; бездельникам и суетным людям не внимал; со сквернословами и насмешниками он совсем не общался. Он только лишь упражнялся в славословии Бога и тем наслаждался, в церкви Божьей он прилежно стоял, на заутреню, и на литургию, и на вечерню всегда ходил и часто читал святые книги … пива же и меда он никогда не вкушал, никогда к устам их не подносил и даже запаха их не вдыхал"