Речь - основные виды; стиль речи и речевые особенности личности; развитие речи у ребенка

Праведники… Люди, живущие праведной жизнью… Те, кто ни в чём не погрешает против правил нравственности, а любовь к ближнему считает двигательной силой своих поступков. Нужны ли такие люди сегодня? Вопрос этот кажется чисто риторическим. Ведь только на праведниках и держится мир, потому что не стоит земля без праведника. Если в мире не будет любви, доброты, самопожертвования, то что с нами произойдёт? Если каждый будет уверен только в своей правоте и будет её отстаивать, что станется с миром? Ответ на этот вопрос дал Ф. М. Достоевский в эпилоге романа «Преступление и наказание», в художественной форме сна своего главного героя – Раскольникова, где в людей вселялись невидимые существа – трихины и делали их бесноватыми. Отстаивая своё понимание справедливости, все стали убивать себе подобных, мир пришёл в запустение и разрушился.
Кого же называют праведником? Какими качествами он обладает? На эти вопросы отвечает А. И. Солженицын в своём рассказе «Матрёнин двор», написанном в 1959 году. Повествование идёт от первого лица. Рассказчик – во многом автобиографический герой. Он сообщает, что летом 1956 года «из пыльной горячей пустыни» «возвращался наугад – просто в Россию», и добавляет, что «задержался с возвратом годиков на десять». Здесь каждое слово требует комментария. Герой возвращался из сталинских лагерей откуда-то из Средней Азии спустя десять лет после окончания Великой Отечественной войны. Этот период принято называть хрущёвской оттепелью, когда реабилитированы были многие люди, невинно пострадавшие во время сталинских репрессий. У рассказчика нет близких и сильная тоска по России. Единственное желание героя – «затеряться в самой нутряной России». Он устал от лжи, лицемерия, фальши и насилия и надеялся на то, что где-то в исконной, изначальной России ещё сохранился островок правды и доброты. Таким уголком стал для него «Матрёнин двор».
Герой поселяется в просторном деревянном доме шестидесятилетней женщины Матрёны Васильевны Григорьевой и видит в этой крестьянке праведницу

. Скромен, убог и даже доведён до нищеты быт Матрёны. Единственное украшение просторной избы – горшки и кадки с фикусами, которые «заполнили одиночество хозяйки безмолвной, но живой толпой». Тусклое зеркало, в которое нельзя смотреться, два ярких рублёвых плаката о книжной торговле и урожае – вот и всё «украшение» горницы. Рассказчику нравится, что по бедности Матрёна не держит радио, из которого могли бы литься потоки лжи и пропаганды. Матрёна Васильевна многие годы не зарабатывает ни рубля, пенсии ей не платят, родные помогают мало, а в колхозе она работает не за деньги – за палочки трудодней «в замусоленной книжке учётчика».
Одинокую старость крестьянки скрашивает «живность»: кошка, мыши и тараканы. Кошка сильно прихрамывает на одну ногу и когда прыгает на пол с печки, то слышится сильный удар трёх ног. Мыши живут за рифлёными зелёными обоями, и кошка не может их достать. По ночам герой, устроившийся в местную школу учителем математики, работает за столом и слышит «редкое быстрое шуршание мышей под обоями», которое покрывается «слитным, единым, непрерывным, как далёкий шум океана, шорохом тараканов за перегородкой». Но его это нисколько не смущает, потому что в этом шуме нет ничего злого, в нём нет лжи.
Подробно описывает повествователь день Матрёны, и мы убеждаемся, что это день праведницы, проведённый в непрестанных трудах. Встаёт Матрёна Васильевна в четыре-пять утра. Она топит русскую печь, ходит доить «грязно-белую криворогую» козу, по воду ходит, варит немудрёную еду в трёх чугунках. Самую мелкую картошку варит козе, себе мелкую, а постояльцу – «с куриное яйцо», а крупной картошки на её песчаном огороде не бывает. Скудным было питание женщины: «картовь необлупленная, или суп картонный», или каша ячневая – другой крупы в магазине не было.
Деревенская жительница необыкновенно доброжелательна, деликатна, старается не беспокоить своего жильца ни шумом, ни лишними вопросами, говоря любопытным бабам, что он – «дальний»