Элитарная культура

Введение

В зарубежной науке европейская художественная культура конца XIX-нач. XXI в. соотносится с модерном и постмодерном проектами, которые обычно позиционируются как актуальные запросы современности. Культурное развитие в последний трети ХХ в. фактически завершает формирование своих определений и на рубеже ХХ-ХХI вв. переходит к интенционально-фунционной фазе, для которой характерно моделирование и оперирование не только достижениями предыдущих периодов развития, но и теми, которые были открыты и сформированы в пределах авангардной эстетики современности.
В настоящее время существует размытость понятий во многих стилевых направлениях культуры и искусства. Индивид существует в пространстве, построенном культурой. Реклама, пресса, телевидение, радио, литература, изобразительное и игровое искусство - это демонстрация давних и самых достижений в области культуры. Культурная среда влияет на развитие общества, и в совокупности с другими факторами формирует определенный тип личности. Чем глубже связь этой среды с теорией и историей культуры, то крепче закрепляются при формировании личности человека такие понятия как патриотизм, гуманизм, самопожертвование во имя большой благородной идеи и тому подобное. потребляя культурные ценности, обществом закрепляются и передаются из поколения в поколение глубинные чувства, знания, нормы поведения.
В конце ХХ века среди западных теоретиков современной культуры все более популярной становилась мысль о маскарадном, карнавальном виде общественной жизни, где политика, экономика, коммерческие образцы разножанрового искусства трансформировались в всеобщий шоу-бизнес. В работе И. Ильина, которая имеет название «Постмодернизм от истоков до конца столетия: эволюция научного мифа», утверждением такого порядка вещей становится актуальна фраза Шекспира: «Весь мир - театр ...», и создание новой теории театра становится равноценным созданию новой теории общества [4]. Существуют определенные категории индивидов, которые не воспринимают подобных порядков цивилизационного устройства. Они чувствуют дискомфорт в «мире театра» и стремятся от него отмежеваться, ища себе подобных по образу жизни, по эстетическим и культурным вкусам. Мир для них слишком шумная среда, а такие индивиды стремятся отдохнуть от шума в собственноручно созданном пространстве. Что и обосновывает существование феномена «элитарной культуры».




«Элитарная культура» как культурный феномен. Понятие и проблемы развития.
Обращаясь к рассмотрению таких понятий, как «элита», «элитный», «элитарный» и родственных им, можно констатировать, что их использование в повседневном дискурсе является довольно распространенным, путаным, а порой и недостаточно обоснованным. Это приводит к тому, что смысл этих слов определенным образом «стирается», а иногда почти теряется.
Не меньше разногласий наблюдается в употреблении понятия «элитарная культура». Исходя из этого необходимо исследовать феномен «элитарной культуры» в широком историко-культурном контексте и выделить основные сущностные характеристики указанного общественного явления.
В широком смысле элитарной культурой называют культуру особого слоя общества - так называемой «элиты». Наверное, наиболее распространенным является понимание элитарной культуры как субкультуры «привилегированных групп общества, характеризующихся принципиальной закрытостью, духовным аристократизмом и ценностно-смысловой самодостаточностью» [9].
В современном социуме, в частности и в отечественном, использование термина «элита» в отношении социальной группы (или групп), являющихся наделенными особыми духовными свойствами, потребностями, требованиями [9] представляется делом довольно сложным. И хотя проблема объяснения понятия «элиты» не является непосредственным предметом данного исследования, необходимым представляется выделение некоторых основных его характерных признаков.
В социуме обычно различают несколько «элит», причем они не всегда совпадают с верхушкой общества, каждый социально и политически значимый слой может образовывать собственную элиту [1]. Отличительной чертой элиты является также крупнейшая в сравнении с другими способность к духовной деятельности, крупнейшие интеллектуальные, эмоциональные, эстетические способности. Элита является основным создателем культурных ценностей и обеспечивает социальный прогресс. Именно поэтому художественная культура должна быть ориентированной на его потребности [6]. В таком контексте элитарной можно считать культуру, которую в широком смысле можно назвать «классической», «традиционной», культуру рафинированную, «аристократическую». Значение классической культуры для функционирования общества трудно переоценить. Ведь «трансляция от поколения к поколению содержания традиции возможна потому, что существуют определенные исторические образцы, то есть «классическое». Классическая норма выделяется на фоне осознанного упадка и исторической дистанции. Классическое, как справедливо замечает Гадамер, является, безусловно, вне времени» [3]. Кроме того, элитарной обычно называют культуру, к которой принадлежит весь модернизм в искусстве.
Модернизм - термин обобщающего типа, означает множественность непохожих друг на друга разнородных и противоречивых художественных направлений искусства XX века с непохожими художественно-эстетическими платформами, но принципиальной философско-мировоззренческой общностью. Он объединяет в частности кубизм, экспрессионизм, абстракционизм, сюрреализм и др. Позже к элитарному искусству присоединяется искусство авангарда. Это культурное движение проявляло себя в искусстве, прежде всего в музыке, прежде всего, как своеобразная реакция на научно-техническую революцию, которая вызвала стремление музыкантов отвечать «духу времени». По сути, этот культурный феномен во многих своих проявлениях представлял собой «культуру ради культуры» (В. Кузен) и идеологически и практически противостоял массовому искусству. Но в дальнейшем проявились существенные внутренние противоречия, которые стали доказательством, что авангард гораздо ближе к массовой культуре, чем это казалось с самого начала. И хотя культура «классическая» культура модернизма, культура «авангардная» абсолютно разными, уникальными и самостоятельными феноменами, они обнаруживают ряд тождественных структур, механизмов, принципов функционирования, которые и позволяют по ним использовать обобщающий термин – «элитарная культура».
«Культура меньшинства», «элитарная» (или «высокая») культура является сложным культурным явлением, уникальным, неповторимым, в определенном смысле «ограниченным». А значит, ей приходится использовать наработанную в течение веков систему определенных механизмов самосохранения. Среди ведущих механизмов можно отметить следующие:
- освоение новых социальных и мыслительных реалий как культурных феноменов или, наоборот, неприятие чего нового и «сохранение» узкого круга консервативных ценностей и норм;
- включение своего предмета в неожиданный ценностно-смысловой контекст, предоставляет интерпретации неповторимый и даже исключительный смысл;
- создание новой, порой осложненной культурной семантики, требует от адресата специальной подготовки и широкого культурного кругозора;
- выработка особой культурной речи (кода), которая доступна лишь узкому кругу ценителей и является призванной усложнить коммуникацию, выяснить смысловые препятствия обычному мышлению, которое проявляется в принципе неспособном адекватно осмыслить элитарную культуру, «расшифровать» ее смыслы;
- использование подчеркнуто субъективной, индивидуально-творческой, «отстраненной» интерпретации обычного и привычного, что приближает культурное освоение реальности субъектом мысленного эксперимента над ней и часто заменяет отражение действительности в элитарной культуре ее преобразованием, подражание - деформацией, проникновение в содержание - домысливание и переосмысление данности. Благодаря своей смысловой «узости», «закрытости» элитарная культура превращается нередко в разновидность (или сходство) тайного, сакрального. Эзотерического знания, которое выступает как табу для остальной массы, а ее носители превращаются в своеобразных «служителей культа», «хранителей тайны», «жрецов» своего знания [9]. Такими «жрецами знания» можно считать, например, Арнольда Шёнберга или Оливье Мессиана и других композиторов XX века, чей музыкальный стиль имел исключительную уникальность и сложность, что препятствовало адекватному восприятию их творчества и, как следствие, популярность среди любителей;
- элитарная культура апеллирует к выбранному меньшинству своих субъектов, которые, как правило, выступают одновременно и как ее создатели, и как ее адресаты. По крайней мере круг тех и других почти совпадает. Подобная ситуация рельефно определяется, в частности, в современной российской академической музыке, где молодые композиторы обычно пишут сочинения с учетом собственных исполнительских возможностей.
Диалог «элита - масса» является ведущим методологическим принципом анализа социальной структуры. Широкое применение получил и термин «субэлита», приверженцы которого отстаивают пирамидальную модель общества. Активно используется термин «контрэлита» для обозначения лидеров «социальных низов» - руководителей левых партий, профсоюзов и т.д. [1]. Историк средневековой культуры Ален де Либера считает, что к элитарному (интеллектуальному, высокому) типу людей относятся профессионалы умственного труда, метры высокого мнения, клирики, религиозные вожди. О таких индивидах писал в своей книге «Интеллектуалы в средние века» французской историк ле Гоф. По его определению термин «интеллектуал» употреблялся в отношении людей, которые работали «со словом и мнениями», «жили не на земельную ренту и не были вынуждены зарабатывать на жизнь ручным трудом». Для понимания определенного типа человека элиты - человека культуры (интеллектуала) - стоит проследить рождение интеллектуального элитарного идеала как такого. В средние века - интеллектуальные люди сами утверждали свое отличие. Для них это было самоуважение и самооценка. Университетские представители интеллектуального течения предполагали, что, по их мнению, должно составлять жизнь философа. Для них все накопленные знания были ремеслом. они сами определяли для себя круг ценителей этих знаний и культурного наследия в целом. Средневековый университет по мнению ле Гофа был местом воспитания элиты на образцах богословия и христианской культуры. На переходе XIII в. к XIV в. возникает два типа интеллектуалов: те, кто создавал культурную и философскую жизнь, исходя из учений прошлого и те, кто жил этой жизнью, воплощая в своих произведениях общественную картину своего времени. Научные мнения последних перекликались со светской жизнью, из-за чего их взгляды на общую картину социума имели посреднический, а иногда и маргинальный характер

. В Италии таким посредником был Данте Алигьери, в Германии - Мастер Экхарт [3]. При анализе существования в христианской средневековой, ранней ренессансной науках, и современной буржуазной социологии различных точек зрения на содержание термина «элита», сформировалась позиция американского социолога Р. Миллса, одного из лидеров «новых левых». В западной элитологии его обычно относят к сторонникам институционального подхода к элите. Однако они склонны игнорировать специфику позиции Р. Миллса, который стоит несколько отдельно в буржуазной социологии. Ученый признает разделение современного американского общества на элиту и массу, и одновременно разоблачает государственно-монополистическую систему. Отличаются аналитический и нормативный подходы к делению общества на элиту и массу. Термин «элитаристы» применяется к тем, кто (подобно X. Ортеге -и- Гассету) видит свой идеал и норму в элитарной общественной структуре. Р. Миллс, признавая элитарность капиталистического общества, разоблачает фальшь буржуазной демократии. Такой идеал далек от элитарности.
Наиболее известный в плане изучение понятия элиты в современном мире считается труд Р. Миллса «Властная элита», который посвящен политической и бизнес-элите соединенных Штатов Америки. Эта прослойка людей, по словам ученого, состоит из людей, которые занимают такие позиции, которые дают им возможность подняться над средой обычных граждан и принимать решения, имеют часто исторически важные последствия во многих сферах общественной деятельности. Они управляют важнейшими иерархическими институтами и организациями современного общества. Этой элите подвластны большие корпорации, она управляет механизмом государственной власти и претендует на ее прерогативы. Ее представители занимают в социальной системе стратегические командные пункты, в которых сейчас сосредоточены действующие средства, которые обеспечивают власть, богатство и известность, которыми они пользуются. Господствующая элита по суждению Р. Миллса не складывается из людей, которые правят в одиночку. Их наиболее важные идеи и решения являются чаще всего подсказанными советниками и консультантами, трибунами и создателями общественного мнения. Элиты искусства - это часто представители большого шоу-бизнеса, владельцы кинокомпаний, и телевизионных корпораций. Подавляющее большинство художественной элиты являются создателями культуры для масс, у которых в свою очередь развился синдром потребления.
Культура, которая творится для массы, существует в виде экранной, зримой, зрелищной продукции. Массовый потребитель платит за удовольствие, в результате чего за всю историю создания популярной разножанровой культуры сформировался мощный комплекс огромного бизнеса, в который входят наращиваемые годами медиа-империи, имеющие своих владельцев - представителей элиты из самых высоких кругов общества, известных во всем мире. Это элита - производитель культуры для удовлетворения эстетических потребностей массового потребителя, благодаря чему в 1970-е гг. в общественных науках начинает использоваться понятие «актуальная культура», к которой можно отнести и элитарный тип культуры для узкого круга ценителей (кинофильмы арт хауса, новая симфоническая музыка, изобразительное искусство во всех своих проявлениях).
ХХ век - это определенное противостояние между культурой элит и масс, что часто имеет размытые границы и дополняет друг друга. Это понятие впервые применил Л. Н. Коган для обозначения ценностей культуры, которые реально функционируют в обществе в конкретную эпоху. Однако их функции изменяются в результате новых духовных потребностей людей. В то же время эти ценности в ходе своего формированием управляют духовными потребностями общества. Определение перспектив развития культурных ценностей и институтов, по мнению исследователя, должно было быть дополнено анализом перспектив развития культурных потребностей населения [5]. Культура - это процесс, непрерывного изменения, диалектического взаимодействия традиций и новаторства, преемственности и изменений. Осуществляется постепенное обновление культуры, как элитарной, так и массовой. Отдельные элементы культуры уходят в прошлое, и стают ценностями музеев. В актуальной культуре специфическим является то, что в ней выражено действенное, функционирующее начало культуры. Это «наличная культура», что выражает в масштабе общества массовое, типичное, господствующее. Особое внимание Л. Н. Коган уделил проблемам ценностей актуальной культуры - той «аксиологии повседневности», которая в наши дни привлекла внимание культурологов, антропологов и социологов. Важным является вопрос границ между общественной и профессиональной культурой.
Итак, элитарная культура сознательно и последовательно противостоит культуре большинства, или массовой культуре в широком смысле. Кроме того, элитарная культура как феномен XX века требует постоянного контекста массовой культуры, поскольку основывается на механизме отталкивания от ценностей и норм, принятых в массовой культуре, в разрушении стереотипов и шаблонов «культуры масс», на демонстративной самоизоляции.
Делая исторический дискурс к истокам элитарной культуры, можно считать, что ее зарождение связано с появлением самого человека. Ведь уже в первобытном социуме жрецы, волхвы, чародеи, вожди становятся привилегированными обладателями особых знаний, которые не могут и не должны выступать для общего, массового пользования. Подобный тип взаимоотношений можно проследить на разных исторических этапах в сообществах религиозного направления (конфессии, ордена, братства и секты) сообществах, близких религиозным, но носящих секуляризационный характер (например, масонское движение); цеховом движении средневековой эпохи, собраниях, школах, учениях разнообразного звучания. По мнению ряда исследователей, А. В. Кукаркин, точно применив в исследовании понятия «развлечение», тем самым рассмотрел его как узловой момент, с которого начинается настоящая история антиномии «массовая - элитарная культура»: «Основная дилемма человеческого существования (кроме нужд «биологического и материального выживания») - как прожить отрезок жизни, не занятый сном и работой, - нашла свое классическое отражение еще в работах Монтеня и Паскаля» [8].
Развлечение, отвлечение и, наконец, самообман - эти понятия, обсуждаются в работах Монтеня в XVI в. и которые считает угрозой для духовного мира человека Паскаль в веке XVII - вот смысловая точка, которая задает отсчет современной проблеме задолго до ее появления.
2. Обоснование «элитарной культуры» в работах исследователей.
Социум прошлых веков, представлял собой в каждом историческом промежутке иерархически неоднородной организм, всегда имел свою «элиту» и «массу», но их интересы и, наконец, культурные предпочтения никогда не совпадали. Элита разве ради развлечения инкогнито посещала праздники «черни», но не привносила их вкусы в «высокое искусство» (иногда опосредованно). Но социальное «сближение» полярных классов происходит вследствие неотвратимых социальных преобразований, приводит к новому культурному явлению. «В эпоху феодализма государство и церковь регламентировали досуг с помощью целой системы правил, твердо установленных для каждого состояния. Между элитой и массами не было никаких точек соприкосновения в сфере культурных интересов. Разногласия возникли тогда, когда «два класса» столкнулись» [8]. Очевидно, что по крайней мере одна из причин возникновения элитарной и массовой культуры заключается в появлении «среднего класса». Поэтому проблема об угрозе популярной культуры появилась в XVIII веке [8]. Но понятие «элитарная культура» в современном звучании появляется только в XIX веке в фундаментальных исследованиях, посвященных анализу состояния современной культуры.
Так, А. Шопенгауэр в работе «Мир как воля и представление» закладывает фундамент элитарной концепции культуры, согласно которой все человечество разделено на «людей гениев» (способных к эстетическому созерцанию и художественно-творческой деятельности) и «людей пользы, полезных» (ориентированных только на чисто практическую, утилитарную деятельность). Особое место в философских размышлениях Шопенгауэра занимает фигура художника, художника-творца, который имеет врожденную способность глубоко познавать сущность вещей и заставляет нас смотреть на мир его глазами. Философ считает, что для него характерен «аристократический образ мысли, который верит в рабство и различные степени зависимости как в основное условие высокой культуры» [1]. Некоторые наблюдения Шопенгауэра подхватывает Ф. Ницше в своих основных работах («Человеческое слишком человеческое», «Веселая наука», «Так говорил Заратустра»). Выступая против «омасовления» культуры, Ницше формулирует свою элитарную концепцию «сверхчеловека» - «гению культуры» не только все разрешено, но и принадлежит право на красоту и прекрасное, ведь этот человек обладает уникальной эстетической восприимчивостью. В работе «По ту сторону добра и зла» Ницше в частности говорит: «То, что служит за еду или удовольствие высшему роду людей, должно быть почти ядом для слишком отличного от них низшего рода.» [11]. Массу «маленьких людей» Ницше «причудливо» называет – «чернь», «полукровки», «варвары», «плебеи», «стадные животные», «назойникы», «грубые зрители», «умственный Полусвет». Таким образом, у нас не остается сомнений, на чьей стороне находится сочувствие философа. В отличие от маленьких людей, Ницше (как и Шопенгауэр) называет гения «существом, которое создает или рождает ...», то есть существом, которое способно к творчеству [11]. Ницше дает выразительную характеристику своему фавориту - человеку «высшего сорта»: «величайший тот, кто может быть одиноким, самые скрытые, самые схожие на всех, - человек, стоящий по ту сторону добра и зла, господин своих добродетелей, обладатель огромного запаса свободы вот, что должно называться величием: способность отличаться такой же разносторонностью, как и целостностью, такой же широтой, как и полнотой» [11]. Ницше утверждает, что мир, в котором происходит уравнивание посредственных людей, сам способствует возникновению выдающихся людей [11].
О. Шпенглер в своей работе «Закат Европы» дает основательную характеристику европейской культуры от древнейших времен до современного мыслителя, XIX века. В его известной антиномии - культура и цивилизация - поиски и эксперименты художников конца XIX - начала XX века занимают «нишу» упадка, угасания, умирания культуры, которая, таким образом, превращается в цивилизацию [18]. А значит, все творческие достижения ближайшего периода - то более демократического направления, то «рафинированного» меньшинства - обречены на одинаковую неутешительную судьбу забвения, духовной «порозности», «несерьезности», «на службе у той абстракции, представляющей могущество цивилизации, - денег» [18]