Проблемы национальной идентичности Швеции в контексте политики мультикультурализма

Анализируя в рамках данной работы проблемы в формировании шведской национальной идентичности через призму мультикультурализма, в первую очередь необходимо отметить, что еще в феврале 2011 г., лидерами ЕС было объявлено о тупике в попытках ассимиляции иммигрантов и излишней озабоченностью в отношении идентичности лиц, приезжающих в ЕС. Этот посыл был дополнен мнением премьер-министра Великобритании Д. Кэмерона и канцлером ФРГ А. Меркель о «крахе концепции мультикультурализма», что свидетельствует про общую тенденцию, связанную с разочарованием европейских лидеров в отношении проведении политики мультикультурализма, что прямо затрагивает концепцию защиты национальной идентичности в Швеции, использующей концепцию мультикультурализма наряду с другими европейскими государствами. Актуализация для шведского общества вопроса сохранения национальной идентичности приводит к росту популярности различных националистических партий и организаций.
Несколько детализируя данный тезис, необходимо отметить, что для Швеции достаточно актуальным даже на сегодняшний день, является вопрос привлечения больших потоков рабочей силы, тогда как осуществление государственной политики в данном направлении сформировало достаточно большие миграционные волны, прямо затронувшие шведское общество, запустив процессы совокупного переформатирования социальной и национальной инфраструктуры. Так, по данным Шведского института, начиная с 60-х гг., XX в., общее количество мигрантов в Швеции выросло с 4% от населения Швеции до 18% (1.74 млн., мигрантов при 10.2 млн., населения Швеции на 2018 г.)

. Большинство проблем связано с мигрантами, которые исповедуют ислам и которые не проявляют реального желания к интеграции в шведское общество – напротив, в данном случае, речь идет про обособленность мигрантов, объединение в «автономные ячейки» по интересам, по национальному, культурному и религиозному принципу, в котором приоритет отдается не изучению шведского языка, шведских традиций либо совокупному процессу интеграции в шведское общество, а сохранению и пропаганде в Швеции традиций, обычаев и образа жизни, который более привычный выходцам из стран Ближнего Востока.
В свою очередь, данное обстоятельство вызывает неприятие со стороны шведского общества, поскольку указанные процессы носят деструктивный характер для процесса развития шведской национальной идентичности и приводит к размытию данного понятия. Своеобразной реакцией на данные процессы является формирование соответствующих запросов в шведском обществе, в отношении власти и ростом популярности указанной ранее партии «Шведские демократы» и иных аналогичных партий, которые в своей предвыборной программе делали акцент на кризисе политики мультикультурализма и делали регулярные заявления о необходимости поддержки иммигрантов, но в рамках здравого смысла, без позволения иным культурам, представители которых приезжают в Швецию, пропагандировать свои ценности, традиции и идеалы, укореняться в шведском обществе и превалировать над традиционными для шведов ценностными ориентирами. В этой связи, можно связывать рост популярности данной категории партий с «усталостью» в шведском обществе, связанных с чередой неудачных попыток интеграции иммигрантов, предпринимаемыми как шведским обществом, так и государством в целом, что осложняется разными ориентирами у шведских политиков (цель – выиграть выборы на социально значимых для Швеции темах, при игнорировании данного вопроса в дальнейшем, либо опора на мигрантов в качестве ключевого избирательного ресурса) и шведского общества (стабилизация политической, социальной жизни, защита прав и интересов шведского общества, оптимизация миграционного законодательства)