Право и свобода. Свобода формальная и реальная

Общая теория права может развиваться лишь в том случае, если учитывает как данные, полученные в процессе эмпирической деятельности, так и уделяя внимание исследованию законодательства как такового — ведь если следовать непреложным со времен Аристотеля законам формальной логики, то нельзя прийти к всеобщему выводу, основываясь лишь на предпосылках частного характера. Именно поэтому, как и любая другая фундаментальная дисциплина, юриспруденция не может развиваться без учета философских обоснований. Да, вследствие этого мы утверждаем, что право будет обладать и составляющей идеологического характера — что в последние десятилетия по причине тенденций к деидеологизации научного познания у многих вызывает вопросы и провоцирует споры. Однако представляется очевидным, что правовая наука все также, как и прежде, не может обойтись без основательной «поддержки», которую может дать только философское знание. Многие проблемные области юриспруденции не могут быть в должной мере исследованы без философии. В число таких проблемных сфер входит, например, проблематика сущности самого права. Именно этим фактом и обусловлено возникновение особого направления в научном знании — философии права. И в том числе именно философия заостряет внимание на вопросе: каким образом выходит так, что в современном прогрессивном обществе нередко правовые нормы носят лишь формальный характер, в то время как о реализации их на практике зачастую не идет и речи?
Но для начала стоит дать определение самому понятию формальной свободы — ведь только обладая подобным пониманием, можно будет отличить ее от свободы реальной. Обратимся еще раз к законам формальной логики. Посредством данного метода можно объяснить термин «право» посредством рода, а также видового отличия. Например, в работах А. Ю. Стефанова особый акцент делается на том, что понятие права нуждается в том, чтобы быть соотнесенным с категорией более общего, фундаментального характера. Немало исследователей и мыслителей стремились приспособить к данной родовой категории ряд различных явлений, среди которых воля, желание, интерес, государственный порядок и так далее. Но ни одно из перечисленных понятий не смогло выдержать испытание на соответствие основному требованию, к данному понятию предъявляемому — а именно, к тому, чтобы скомпилировать в единое целое те основания, на которых создается достойная правовая теория. Роль данной категории родового порядка стала свобода. Не будет преувеличением допустить, что свобода ассоциируется с термином право уже далеко не первое тысячелетние. Однако нужно отметить, что если проблематике права уделяется достаточно внимания в исследованиях, то свобода выступает в качестве объекта исследования намного реже. На первый взгляд, свобода — это одно из простейших понятий; однако, рассматривая данное понятие пристальнее, исследователь не имеет возможности избежать сложностей в ее понимании. В первую очередь, данные затруднения относятся к возможности практической реализации свободы в различных формах, институциональных нормах, процессах, пронизывающих жизнь общества на всех его уровнях.
Определяя свободу, стоит понимать, что помимо ее широкого ее определения, которое традиционно используется в философском размышлении, есть и другая ее трактовка — данному пониманию свойственен специально-юридический характер, находящий свое непосредственное отражение в позитивном праве. Нельзя смешивать разные «свободы», хотя это нередко и становится камнем преткновения в силу самой семантики данного понятия в русском языке. В качестве примера можно взять два различных обозначения свободы в английском. Это такие термины, как «freedom» и «liberty», которые при переводе на русский язык имеют одно и то же значение, однако по факту обозначают разные виды свободы

. Однако, как в дефинициях рассматриваемого нами понятия, так и в понимании других терминов юридического знания давно принято рассматривать широкий и узкий смысл различных явлений — например, есть право позитивное и естественное, есть общее и частное понятие государства. Определяя свободу, стоит также учитывать особенности данной логики.
Единого понимания того, что означает термин «свобода», нет; однако если мы говорим о философии права, то в данном случае возникает необходимость использования данного термина именно в философском понимании. В эпоху Античности понятие свободы применялось с целью соответствующего описания того, в каком правовом положении находится человек. Например, одно из важнейших разделений того времени касалось принадлежности к одной из категорий — свободных граждан, или же рабов. На самом деле, очевидным представляется одна из первичных свобод человека и гражданина — физическая свобода. Обратная сторона медали — это лишение свободы, представляющее собой наказание за содеянное правонарушение.
Со временем понятие свободы стало использоваться еще в одном смысле. Оно стало также выступать в качестве понятия, синонимичного субъективному праву — иными словами, стала использоваться для обозначения тех возможностей гражданина, что имеются у него в отношении определенного вида поведения. Свободы такого рода закрепляются на уровне законодательных актов.
Понимание подобного толка не представляется достаточным для полноценного исследования в русле философии права. А также возникает закономерный вопрос о том, для чего называть то или иное право субъективного характера «свободой»? В исследовательских источниках нередко говорится о тех сложностях, что сопровождают попытку провести водораздел между категориями субъективного права и свободы как таковой. Разумеется, если мы говорим о субъективной свободе, то под ней понимается определенный вариант поведения человека и гражданина, и данное определение вполне может подойти к пониманию свободы. Но тут нужно сделать ремарку, что когда говорится о понятии субъективного права, то в большинстве случаев имеется в виду наличие как того или иного субъекта данного права, так и строго определенной ответственности (обязанности), уравновешивающей данное субъективное право. Если же провозглашается свобода во втором ее понимании, то говорят о запрете на любое ее ограничение; относится такой запрет к широкому кругу субъектов права, отныне должных данную свободу уважать. Разумеется, описанное нами различие носит условный характер, и не в ста процентах случаев может быть применимо.
Вместе с тем в международных правовых актах уже давно используется универсальная формула — «права и свободы человека». Считается, что два данных понятия являются равноценными, и, кроме того, они также являются взаимозаменяемыми.
Итак, рассматриваемое нами понятие достаточно широко применяется в специально-юридической плоскости. Какова же трактовка свободы в философском значении? В философии она также не является строго определенной и однозначной. В первую очередь, по причине стихийного использования термина «свобода» — говорят, например, о свободе выбора и о свободном падении тела под влиянием земного притяжения. Но вместе с тем понимание свободы может относиться и сугубо к человеческой действительности, так как его используют с целью описания действий исключительно тех, что может совершить или не совершить человек.
Например, А. К. Черненко в своих работах подчеркивает, что в ряду важнейших характеристик, которыми можно описать человеческую природу, именно свобода занимает ключевое положение