Медиа-текст и его сущностные характеристики

Как было упомянуто во введении, в современном мире трансформируются процессы коммуникации. Во многом это обусловлено появлением и интенсивным развитием медиа-среды, которая сегодня настолько развита, что может концептуализироваться как сравнительно автономная экосистема.
Отметим, что в современном научном дискурсе сосуществует множество терминов, служащих для определения одного и того же или схожих феноменов. В полностью или частично синонимические отношения с термином «медиа-среда» вступают такие термины, как «медиаполе», «медиапространство», «информационная сфера», «информационная среда» [Сидорская, 2016]. И.В. Сидорская предлагает рассматривать понятие «медиапространство» как более общее в сравнении с понятиями «медиаполе», «медиа-среда», «информационная среда», «информационная сфера», каждое из которых служит для обозначения медиапространства в определённом аспекте. Однако недостатком трактовки И.В. Сидорской являются её неправомерные, с нашей точки зрения, попытки обнаружения связи между терминологической системой теории коммуникации и физическими теориями пространства [Сидорская, 2016 с. 82].
Теория медиапространства складывалась при значительном влиянии социологической теории поля, представленной, например, в работах П. Бурдьё [Бурдьё, 2005]. Медиапространство является средой существования как информационной культуры, так и медиакультуры. Определить содержание понятия «медиапространство» в своих трудах пытались представители различных наук: с позиций социологии этот термин рассматривали Г. Зиммель [Зиммель, 1996] и П. Бурдье [Бурдьё, 2005], в аспекте психологического влияния на аудиторию – Ю.Е. Волков [Волков, 2009], Г. Маклюэн [Маклюэн, 2003]; с позиций общей теории журналистики – Е.Н. Юдина [Юдина, 2005], С.Н. Хантаев [Хантаев, 2017]; философско-культурологический подход, который наиболее полно и системно исследует феномен медиапространства и определяет его место в общем человеческом бытии, использован в исследованиях В.М. Межуева [Межуев, 2011], Ф. Уэбстера [Уэбстер, 2004] и др.
Опираясь на труды таких исследователей информационной культуры, как Дж. Фезер [Feather, 2000] и Э. Маттельарт [Mattelart, 2003], можно утверждать, что ХХІ век стал веком глобального медиапространства. Это не вызывает удивления, поскольку медиаполе, как социокультурное явление, является уникальным достижением человечества, способным пронизывать физическое время и пространство. Согласно Г. Энценбергеру, медиапространство – это огромный потенциал, который нужно освободить и предоставить в распоряжение новых операторов (манипуляторов) – обычных людей, чтобы каждый мог участвовать в глобальном процессе коммуникации [Энценсбергер, 2015].
Одним из главных теоретиков, повлиявших на становление теории медиа, является М

. Маклюэн. Исследователь рассматривает медиа прежде всего в контексте расширения возможностей и чувств человека – процесса, который вообще всегда сопровождал человечество в процессе его исторического развития: «На протяжении механических эпох мы занимались расширением наших тел в пространстве. Сегодня, когда истекло более столетия с тех пор, как появилась электрическая технология, мы расширили до вселенских масштабов свою центральную нервную систему и упразднили пространство и время, по крайней мере в пределах нашей планеты» [Маклюэн, 2003, с. 6]. При этом, как подчёркивает Маклюэн, медиа уже сами по себе во многом предопределяют сознание, характерное для современников [Маклюэн, 2003, с. 7]. Более того, с точки зрения Маклюэна, было бы неверно рассматривать медиа (к которым он относит, впрочем, не только масс-медиа, но и, например, электричество) как нечто бессодержательное и способное лишь передавать информацию. Одним из центральных постулатов его теории является мысль: «средство коммуникации есть сообщение» [Маклюэн, 2003, с. 17].
В некоторой степени концепция М. Маклюэна обнаруживает типологическое сходство с акторно-сетевой теорией и теориями технологического детерминизма. В частности, объектный мир как таковой в рамках акторно-сетевой теории рассматривается как то, что способно в значительной мере предопределять социальные отношения: как утверждает Бруно Латур, технологии настолько интегрированы в социальное, что трудно найти какое-либо коммуникативное взаимодействие в обществе, которое бы не подразумевало использования каких-либо технологий [Latour, 1996, p. 238]. В целом же в рамках социологии технологий сосуществуют противоречивые теоретические объяснения участия материальных объектов в коммуникации с людьми: так, в рамках технологического детерминизма именно технологические объекты предопределяют коммуникативные отношения [White, 1966], тогда как в теории технологического социального конструктивизма, напротив, технологические объекты лишь испытывают на себе влияние уже установленных коммуникативных практик [Winner, 1980].
М. Маклюэн стремится обосновать это тем, что в самом медиуме заложен содержательный потенциал, который предопределяет общественные изменения: появление новых средств коммуникации расширяет и трансформирует спектр и глубину ощущений человека, результатом чего и становится появление нового сознания, функционирующего в новом медиапространстве. Ученый выделяет «горячее» и «холодное» медиапространства в зависимости от степени участия аудитории. К примеру, «горячее» медиапространство предполагает большее участие со стороны аудитории и обратную связь с ней, то есть получение определенной реакции (рефлексии аудитории) [Маклюэн, 2003, с