"Доктор Живаго": Основные идеи и образы

«Доктор Живаго» - это многослойное и многотемное произведение, исследовать которое, с одной стороны, достаточно тяжело, но, с другой, чрезвычайно интересно.
В романе представлен панорамный взгляд автора на российскую действительность первой трети ХХ века, смену эпох, когда старая Россия рушилась и страдала в преддверии зарождения нового мира. Масштабные исторические события являются не просто фоном – они тесно переплетаются с биографиями героев, напрямую влияя на их линии жизни. При этом историческую тему вряд ли можно назвать ведущей (например, в романе почти даже не упоминаются реальные исторические лица). Скорее всего, и Первая мировая война, и революция, и Гражданская война не интересуют Пастернака как историка. Они интересуют его как художника: глобальные события показаны как стихия, вероломно вмешивающаяся в жизни героев. Получается, что исторический образ России дается в восприятии конкретной личности – Юрия Живаго. Пастернак изображает не столько сами исторические процессы, сколько их осмысление героем, причем историческое видится писателю не столь масштабным, как, например, судьбы главных героев, их перипетии и переживания.
Я считаю, что одна из ключевых тем романа – самоценность человеческой жизни: «Мне невероятно, до страсти хочется жить, а жить ведь значит всегда порываться вперед, к высшему, к совершенству и достигать его», - говорит герой. Личность, ее внутренний мир и даже обычные земные заботы Пастернак ставит гораздо выше грандиозных исторических событий. По мысли автора, человек не должен жертвовать своей единственной, уникальной жизнью во имя борьбы с внешними обстоятельствами, но он не вправе и приспосабливаться к ним, утрачивая свое внутреннее «я». Нужно оставаться собой при любых условиях, какими сложными они ни были бы. Помимо макротемы можно выделить ряд сопутствующих проблем: это темы любви и смысла бытия, свободы и несвободы, «загадка жизни и загадка смерти», творчество.
Все темы и идеи, так или иначе, сопряжены с судьбой главного героя произведения

. Вообще, как мне кажется, роман можно рассматривать как историю души русского интеллигента, Юрия Живаго. Его образ объединяет все сюжетные линии. Впервые мы встречаемся с Юрием на страницах романа, когда он еще совсем юный (Пастернак даже хотел назвать книгу «Мальчики и девочки», показав становление личности в переломную эпоху). Далее автор показывает взросление героя, его соприкосновение с глобальными историческими событиями. Это человек с широкой душой и светлым умом: «умный в лучшем смысле слова, с живым, подкупающим умом». Будучи врачом, Живаго является еще и поэтом, пишет прекрасные стихи. Он склонен к рефлексиям, однако в целом чувства в его жизни играют большую роль, чем рассудок. Например, он меняет свое отношение к революции (первоначально приняв ее за необходимость: «вырезать все вонючие язвы общества»), когда понимает, что она лишила его свободы. Иногда герой выглядит пассивно, но для Пастернака главнее то, что внутренний мир Живаго сохраняет свою целостность: он просто живет, стойко перенося те трудности, которые преподносит ему судьба. Сила духа Живаго состоит в том, что никакие внешние обстоятельства не способны заставить его утратить чувство собственного достоинства или изменить своим моральным принципам. Его кредо: «Нельзя проявлять себя противно тому, что чувствуешь; распинаться перед тем, чего не любишь…». Возможно, в этом и раскрывается символический смысл фамилии Живаго: живи и дай жить другим - такова позиция героя. Отказываясь от навязанного понимания счастья и долга, Юрий живет, согласно своим нравственным установкам: лечит врага, стреляет не в противника, а в дерево. Перед нами подлинный гуманист. Эта позиция была близка самому автору, и он передал ее своему герою.
Судьба главного героя отражает ключевую идею автора о том, что история может вовлечь человека в свой водоворот, «перекройку земного шара», независимо от его желания. И самое мудрое в этом случае – не сопротивляться, а пытаться уловить смысл переломных событий (которые, в отличие от вечного круговорота бытия, преходящи) и жить в согласии с самим собой, потому что душу «нельзя без конца насиловать»